Мужик в Италии готов рыдать по поводу и без — когда проигрывает Inter, уходит женщина, хворает Mamma либо в кино демонстрируют душещипательную сцену. Они запальчивы. Самое распространненное ругательство — Minchia, он же Сazzo! («член»), как вариант — Cazzi Amari! («горьковатые члены­»). Ревнивы, привязчивы, обидчивы, но стремительно отходят. Пишут духовные SMS’ки в большенном количестве.

В сердечко

Итальянец ругает Италию на чем свет стоит, но в глубине души любой из их — величавый патриот собственной страны. Bella Italia и все, что с ней соединено — культура, климат, традиции, — и есть его amore vero.

В голове

«Не спуститься ли мне в бар испить капуччо?.. Либо лучше сходу съесть папарделле — ведь уже практически время обеда? Станет ли Балотелли игроком года?.. Во сколько мы сейчас с сотрудниками едем в примыкающий город есть bistecca? В восемь? Либо в девять? Нужно не запамятовать забронировать столик. Madonna Santa!!! Какой недельку вспять у меня был секс! Mamma mia! Я, кажется, втюрился. Нужно написать ей SMS. Но вопросец — понравится ли она моей Mamma?»

В штанах

В кровати итальянец вынослив, нежен, терпелив, но весьма много гласит (вообщем, у большинства приятный тембр голоса, и к их эротической трепотне стремительно привыкаешь). Почти все до старости — красивые хахали.

Наслаждения

Одежка, садоводство, пища, футбол, дамы, чуток пореже — кино. Еще пореже — путешествия. Почти все итальянцы если и ездят, то по собственной­ стране и нередко в одно и то же пространство­. Они, обычно, неспортивные, но к полноте не склонны, кроме придумавших пиццу неаполитанцев. Но основной энтузиазм итальянца — parlare («побеседовать»). Они очень болтливы, могут созодать это часами, обсуждая всё — дела, политику, футбол, дам, но  в первую очередь пищу.

Семья

Меньше парней с Апеннинского полуострова ведут собственных женщин в церковь и совершенно под венец, но семейные ценности остаются­ стержнем итальянского общества. Вопреки стереотипам, далековато не все итальянцы — mammone (маменькины сынки), но к родительской семье они прочно привязаны всю жизнь и ради pranzo di domenica (воскресного обеда с родителями) не задумываясь отменят важную встречу либо свидание. Если итальянец решил познакомить вас с родственниками, знайте, что его намерения серьезны.

Мужская дружба

Это святое. В ресторанах по всей Италии посиживают маленькие компании парней, обсуждающих что-то с таковым жаром и пылом, как будто они влюбленные. Они не геи, просто времяпровождение с друзьями в местах, куда в остальных странах прогуливаются с женщиной, в данной для нас стране — популярнейшая форма досуга. В отпуск и по магазинам почти все ragazzi тоже ездят жестоким мужским коллективом.

Одежка:

Eleganza — религия итальянского мужчины. Они обожают наряжаться и нисколечко этого не стесняются.Шейный платок. Итальянец любит девайсы. Шарфы и платки — шейные и для нагрудного кармашка — отдельная слабость: у почти всех в гарде­робе этого добра целая коллекция.Штаны. Белоснежные — в летнюю пору, кирпично-красные — круглый год. Итальянцы обожают цвет — их не смущает, что они смотрятся как светофор.Гольфы. Попросите его приподнять край штанины — вы обнаружите там высочайшие гольфы, быстрее всего полосатые. Мокасины он носит на босу ногу, а недлинные носки — лишь с кроссовками. Обувь. У него несколько 10-ов пар, для всякого варианта жизни и погоды. Поклоняeтся местным брендам Fratelli Rossetti, Roberto Del Carlo, Santoni, весьма неравнодушен к британской классике.Трусы. Большая часть носит боксеры, которые они меняют пару раз в денек, поэтому что весьма нередко принимают душ — два-три раза в денек.

Он так любит

«Я умею обожать даму, поэтому что умею обожать себя»Алессио Джини, управляющий ресторанной службы и концепт-шеф «Азбуки вкуса», участвовал в проекте Marie Claire «Наилучшие холостяки 2011»Ну да, дама моей жизни и мой самый наилучший друг — Mamma. Родиться отпрыском итальянки — самое огромное счастье, которое может выпасть на долю мужчины. К слову, с отпрысками у итальянок всю жизнь сохраняется еще наиболее мощная чувственная связь, чем с дочерями. Я сходу знакомлю Mamma с моими девицами, и она для их тоже становится матерью. К слову, никогда не было, чтоб она кого-либо не приняла — надеюсь, так будет и далее. Я ей все рассказываю, советуюсь по хоть каким вопросцам. Супругу я с течением времени найду такую же, как Mamma. Повторяю — с течением времени. Это «время» у почти всех итальянцев навечно откладывается. Некие так и не заводят семью, поэтому что семье нужно отдавать себя, а они к этому не готовы. Мне, к примеру, 30, но я еще не понимаю, кто я, куда иду. До этого чем жениться, нужно разобраться с собой, иметь почву под ногами. Я обожаю малышей. Когда беру на руки малыша, млею. Но собственного заводить пока не готов — рано.Когда итальянец взрослеет? Естественно, не в 20, не в 25 и не в 30! Опосля 30 — быть может. А реально, если случится, то отлично если в 40. Я считаю, что мой личный расцвет начнется опосля сорока, я желаю быстрее дорасти ранее восхитительного возраста.Но при всем этом мы как никто умеем обожать. По сопоставлению с нами все другие – неандертальцы, неотесанные дикари. Мы не будем стучать кулаком по столу, мы выслушаем даму и практически постоянно с ней согласимся. А еще приготовим ей обед и ужин, пойдем с ней брать туфли, проконсультируем, какую ей избрать помаду, и всячески поддержим. Для итальянца дама – сразу bambina и regina («коро­лева»). Мне нравятся мощные дамы, личности. Дамы, у каких свое мировоззрение, направление в жизни. Как моя Mamma, которая воспитала четырех малышей и до сего времени работает, а с отцом они вкупе пости 40 лет. Для меня женственность – это в первую очередь простота, уверенность внутри себя, умение держать себя. И слушать мужчину, а не попросту, хлопая ресничками, заглядывать ему в глаза.
А любим мы так поэтому, что умеем обожать себя. В Рф меня нередко принимают за гея, хотя для итальянца смотреть за собой – таковая же часть жизни, как дышать. Античные римляне с головы до ног мазались оливковым маслом, а я любой денек пользуюсь кремом для глаз, для лица, для рук и для тела, хожу на маникюр и педикюр. Эпиляцию делаю. Для всякого времени года и для каждой погоды у меня отдельный парфюм. Солнечных очков у меня несколько дюжин – их так приятно брать! И я не некий там метросексуал и тем наиболее не гей, а самый что ни на есть обычный мужчина.
На первом месте у нас постоянно семья наших родителей. Позже – дружба и все, что с ней соединено. И пища – это весьма принципиальный обряд. Поделить трапезу с друзьями – вещь интимная, практически как обожать даму, ведь в этот процесс вовлечены все без исключения органы эмоций. Позже уже идет любовь.
В Италии есть выражение «Moglie e buoi, dei paesi tuoi» («Супруга и буйволица – то есть то, что едят, – должны быть местными»). Я, правда, его не особо делю – по другому не жил бы в Рф так длительно.«Итальянцы отличные, но их благословенная страна делает из парней беззаботных малышей»Светлана КольчикВ итальянском языке есть понятие gentile (разлюбезный, мягенький, нежный, ласковый; производное от него существительное — gentilezza). На мой взор, gentile еще поточнее охарактеризовывает сущность итальянского мужчины, чем dolce, что значит сначала «сладкий». Gentile — это стиль общения итальянца, его манера одеваться, гласить, ухаживать, заниматься любовью. Это его стиль жить.Несколько годов назад именно эта итальянская gentilezza сразила меня в самое сердечко, залила душу медом, ослепила, оглушила и вдохновила на поступки, а поточнее — подвиги, которые я ранее никогда не совершала ради мужчины. Мой итальянец был типичнее некуда. В свои 40 он, хоть и не жил издавна с родителями, отдыхать ездил только с отцом. Мы познакомились на горнолыжном курорте Кортина-д’Ампеццо в Доломитах, где у его родителей квартира. Его папа был, можно сказать, движком нашего знакомства и сближения. Мечтая в конце концов женить отпрыска, он практически принудил его взять у меня телефон. (Мировоззрение, что итальянцы плейбои, — стереотип. Большая часть современных итальянских парней робки, как бывают робки воспитанные доминирующими родителями малыши. Вообщем, они, эти мужчины с Апеннин, на самом деле и есть малыши.)Захватить размещение итальянской Mamma оказалось труднее. На 1-ый официальный домашний ужин на их забитой антиквариатом вилле 18 века под Сиеной я, наслушавшись советов подруг, оделась как монашка: больше темного, все закрытое, минимум мейкапа. Это сработало не в мою пользу. «Sei ragazza acqua e sapone?» – скептически уточнила Mamma, когда мы узнали друг дружку чуток поближе. Итальянское выражение «acqua e sapone» – «вода с мылом» – значит «все натуральное», в этом случае это не было комплиментом. «У нас считается, что выходить на люди без мейкапа – неуважение к для себя и окружающим», – заявила она. Всякий раз эта синьора встречала меня при полном параде. Платьице Ferragamo. Пиджак Chanel. Туфли Prada. Мейкап и семейное золото. Равномерно ее сердечко подтаяло, и я стала обладательницей нескольких сумок Tod’s, шарфов из старенькых коллекций Dries Van Noten и иных ценных экземпляров из ее обеспеченного гардероба. Наставления насчет домашней жизни и домоведения мы с моим ragazzo, вкупе и по отдельности, получали от нее в протяжении всего нашего романа.Но вернемся к gentile. Это и дар, и крест современного итальянского мужчины. Они не бойцы. Не рвут на ходу подметки. Чем поглубже их страна увязает в экономическом упадке, тем охотнее они лодырничают. В их осознании это, естественно, не бездельничание – за трехчасовым, не меньше, обедом либо ужином дискуссировать обед, съеденный в выходные в новейшей траттории, либо плюсы не так давно обнаруженной лавки, где чудно шьют camiciе su misura (рубахи на заказ). Не исключено, что сегодняшнее поколение итальянцев жутко избаловали предки, которые произвели их на свет в пору экономического бума и ни в чем своим драгоценным bambini не отказывали – ни тогда, ни на данный момент (почти все итальянцы, даже за 40, до сего времени живут – отчасти либо на сто процентов – за счет родителей). Но я считаю, что беззаботными гедонистами итальянских мальчишек делает сам факт рождения в Италии. Бог и природа, также праотцы – античные римляне, живописцы Ренессанса, гении неореализма – одарили Италию очень щедро, таковыми ресурсами нужно услаждаться безответственно и безлимитно. Сперва – dolce vita. Девицы – позже.К слову, о девицах. Они в данной для нас стране мощные и императивные и не притворяются блондиночками – в итальянской семье окончательные решения постоянно за Mamma либо Moglie (супруга). Мужское эго это не ущемляет – как и то, что почти все современные итальянки зарабатывают существенно больше собственных мужей. Права дам в данной для нас стране блюдут свято, даже очень. Prima la donna («дама – впереди») – это джентльменское правило действует не только лишь в быту, да и в кровати: хоть какой уважающий себя итальянец из кожи вон вылезет, чтоб вы кончили первой.
Мой итальянец сразил меня не только лишь своим искусством fare amore. Неважно какая дама, даже с биографией, любит слушать. Сara, bella, bellissima, dolce, stella, bambina, amore mio, principessa – на эту музыку подсаживаешься, как на наркотик. Еще мой ragazzo выращивал в собственном саду редчайшие сортовые ирисы, розы и маргаритки, лаванду, мяту, клубнику, хурму, сливы, баклажаны, восемь видов помидоров, тыквы размером с пони и остальные экологически незапятнанные культуры, варил 5 видов варенья, собирал и мариновал оливки, сушил травки для специй и рассыпал их по баночкам, идеально гладил рубахи и складывал выстиранные и высушенные трусы в четыре раза (к глажке, стирке, готовке и иным бытовым делам он меня не допускал – не доверял). Он приучил меня носить в летнюю пору белоснежное, ложить вещи в герметично закрывающиеся пакетики и гласить с тосканским упором. Его risotto con fungi и pasta con bottarga были несравненны. В хоть какое время года и суток его кожа излучала ненавязчивый запах его возлюбленного Acqua di Parma, а коллекция обуви, носков, платочков и шарфиков в разы превосходила весь мой гардероб. Да, работа у него тоже была, но он о ней гласил не много. Итальянцы живут не для того, чтоб работать. Молвят, что из их получаются наилучшие в мире отцы. Но я не успела это проверить. Я сбежала, начав задыхаться в запахах лаванды и заскучав по истинному мужскому запаху.

Гласит и указывает

У итальянцев – самый обеспеченный в мире язык жестов. Жора Кесоян попробовал перевести это на русскийУ реального итальянца вся энергия уходит в «побеседовать». Беседующий за жизнь итальянец – это захватывающее зрелище, театр 1-го актера, профессионально управляющего не только лишь словами, но также руками и всеми мыслимыми мускулами лица. Он – непревзойденный мастер жестикуляции, которая оттачивалась столетиями и в итоге стала неотъемлемой частью общения. При всем этом его руки и язык работают синхронно, гармонически дополняя друг дружку.
У итальянцев есть на данную тему смешной рассказ. Два крестьянина перекрикиваются с примыкающих бугров.
– Марио! – орет Пьетро.
– Что?
– Ты на ярмарке был?
– Да!
– Овец купил?
Ответа не слышно. Тогда Пьетро спускается с холмика и опять орет: «Марио?»
– Что?
– Ты на ярмарке был?
– Да!
– Овец купил?
Опять не отвечает. Тогда Пьетро идет к другу домой и кричит ему в ухо: «Марио!!!»
– Что?
– Ты на ярмарке был?
– Да!
– Овец купил?
Марио сжимает пальцы пучком, подносит руки к груди и двигает ими вверх-вниз, вжав голову в плечи. Это можно перевести как «нет, не вышло».У их для хоть какой актуальной ситуации есть собственный жест. В различных регионах свои варианты. Некие жесты, применяемые у нас, у итальянцев значат совершенно другое. К примеру, южане, прощаясь, помахивают рукою над головою, двигая ладонью к для себя. Для нас это смотрится быстрее как приглашение.
Если учесть, что средний итальянец принципно не хочет учить остальные языки, жесты часто стают единственным мостиком, позволяющим с ними хоть как-то разговаривать. Нужно лишь привыкнуть к их пантомиме. Если итальянец хлопает себя наружной стороной ладошки по подбородку, это совсем не значит, что он сыт. Таковым образом он докладывает, что ему жестко все равно (сытость они демонстрируют, проведя черту ладонью у себя над головой). Иной жест – ладошки сжаты у груди, будто бы во время молитвы. Он вас о кое-чем просит? Да, напористо дает поскорее бросить его в покое.
Для меня их язык звучит как музыка. Есть, правда, и остальные музыкальные языки, к примеру португальский, но на нем отлично мурлыкать под гитару, а итальянский – язык больших музыкальных форм, он насыщен драматизмом, как опера, и это ощущается даже в самой неиндивидуальной бытовой беседе. Чтоб справиться с таковой полифонической мощью, необходимы дирижерские способности, которыми итальянцы обуяли в совершенстве. При помощи жестов они управляют своим обезумевшим характером. Мне даже кажется, что само звучание итальянской речи их заводит. Я, когда начал учить их язык, через недельку увидел, что размахиваю руками как ненормальный.Фото: Getty Images